Октябрь
15, 2017

Марки Рамоун о школе, машинах, Dolls и чистке сортиров.

Бывший барабанщик Richard Hell Sc The Voivods Марк Белл присоединился к Ramones после ухода Томми Эрдели в 1978-ом. Спустя пять лет — в течение которых группа записала альбом End Of The Century с легендарным продюсером Филом Спектром, не расстававшимся с револьвером, а основатели, гитарист и вокалист Джонни и Джоуи, развязали междоусобную войну, которая продлится остаток их жизней — Марки временно покинул группу, чтобы «просохнуть». Спустя четыре года он вернулся и сыграл с «братцами» еще 1700 концертов, прежде чем они распались в 1996-ом.

Каким ты был в школе?

Гиперактивным. Мне было очень сложно сохранять внимание, поэтому я все время нарушал порядок. Не специально. Стучал по парте и царапал батарею карандашом, пытаясь создать ритм. Учительница думала, что я делаю это специально, чтобы ее раздражать, поэтому большую часть времени я проводил в углу.

О чем ты больше всего жалеешь?

О том, что забросил уроки игры на басу. Я всегда чувствовал, что басист и барабанщик — неотъемлемая часть любой группы, и мне всегда хотелось узнать больше о бас-гитаре.

Примерно пять лет назад я около месяца ходил на уроки игры на басу, но потом бросил.

Какое самое большое заблуждение, связанное с тобой?

Что я — один из братьев Рамоун? Мое настоящее имя — Марк Белл. Я не связан семейными узами с другими Рамоунами, мы были просто товарищами по группе, друзьями, и наверное можно сказать, что были более близки, чем братья.

Как близко ты был от того, чтоб играть в New York Dolls?

Очень близко. Джерри [Нолан] и я были знакомы, и когда умер Билли [Мурсиа], я пришел в The Loft, где прослушивались Dolls, а Джерри уже был там. Я был очень тренирован, мог играть в разных размерах, с разными акцентами, и по сути я перемудрил — играл все время, даже когда надо было делать паузы. А Джерри просто играл прямой бит. В итоге взяли его, а не меня.

Какова низшая точка твоей жизни?

Восемьдесят третий, восемьдесят четвертый, когда мне пришлось на какое-то время уйти с целью завязать с алкоголем. В конце концов, я оказался в армейских бараках, где за мной присматривали, чтобы я не сбежал. Мне и другим вроде меня приходилось слушать, кто такие « Анонимные алкоголики», и что нужно делать, чтобы оставаться трезвым. Мне приходилось мыть полы и сортиры, тяжело трудиться, чтобы не возвращаться мыслями к музыкальному бизнесу, потому что для меня это было как снова войти в клетку со львом. Так что примерно год мне пришлось привыкать к другому образу жизни. Это было непросто. Может, это и не низшая точка, а что-то, что мне действительно помогло, потому что если б не это, кто знает, что бы могло случиться.

Твои самые нелепые денежные траты?

Когда я покупал множество машин, а потом спрашивал себя:

 

«Зачем мне нужны все эти тачки?» Иногда это выглядело как глупая трата денег, но это было весело и отвлекало от множества других вещей.

Что ты помнишь о работе с продюсером Филом Спектром?

Он был крут. Я ценил его подход: он — из Бронкса, я — из Бруклина. Мы с ним очень хорошо понимали друг друга. Он был величайшим американским продюсером. Но у него был собственный способ работать, очень медленный, в отличие от очень быстрых Ramones, иногда это начинало всех раздражать и привело к вражде с Джонни и Ди Ди.

Трудно ли было находиться в одном автобусе с враждующими Джонни и Джоуи?

Очень непросто, потому что едешь в закрытом пространстве восемь часов в день, а они могли завестись от малейшей ерунды. Джоуи и Джон просто не нравились друг другу.

Каковы твои политические взгляды?

Я — либерал с левого фланга. Презираю правых консерваторов.

Чем ты больше всего гордишься?

Тем, что меня дважды звали в Ramones, и тем, что я играл в группе, вошедшей в Зал славы рок-н-ролла. Не столько самим статусом, сколько тем, что мы представляли музыкальный жанр — панк-рок, вышедший из CBGB — который так долго не рассматривался всерьез. Теперь мы в одном ряду с The Kinks, The Who,

The Beatles, The Stones, The Yardbirds, всеми великими группами британского вторжения, на которых мы выросли и которых любили.

Кто получает отчисления от продаж всех этих футболок Ramones?

 

Ну, это как печать американского президента, каждый может ее использовать. Мы делим роялтиз от футболок и прочего мерча. Многие ребятки, у которых есть эти футболки, могли никогда и не слышать музыку Ramones. Вообще-то если у тебя есть футболка, любопытство может заставить тебя купить музыку. Как бы то ни было, это странный феномен.

Как бы ты предпочел встретить смерть, когда настанет время?

Во сне. Ничто не может быть лучше.

Что будет написано на твоей могиле?

Я хочу быть кремирован. Чтобы мой пепел развеяли над водой где-нибудь в красивом месте. Если бы у меня было надгробие, там было бы написано «Марки Белл Рамоун» — но не думаю, что у меня будет место на кладбище, скорее всего, просто урна.

Оставьте комментарий

Вы можете использовать эти HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>